01. апреля 2013 · Комментарии к записи На этажерке отключены · Categories: Исторические события

На этажерке оказалась небольшая пачка первомайских прокламаций. Они не были нашим изделием. Это были прокламации, отпечатанные в типографии и разрешенные финляндской цензурой. «Что это?»—спросил чиновник. Я пожал плечами. «Это легально», — заявил финский полицейский.

В это время отворилась дверь и вошел мой квартирант — молодой рабочий Иван Рахья. Увидев прокламации в руках чиновника, он потребовал, чтобы они были возвращены ему, их владельцу. Рахья держался дерзко, а я ему подмигивал: «Давай, давай, изводи его…»

Чиновник начал составлять протокол обыска. Настроение у него было скверное, он торопился теперь отделаться от нас.

Только нервным состоянием, в которое мы его привели, можно объяснить то, что он не нашел моего тайника, устроенного и в этой квартире в стенном шкафу. Шкаф был в прихожей. Когда дверь из комнаты в прихожую была открыта, она закрывала собой узкую и низенькую дверцу шкафа. А в полу шкафа была съемная доска и под ней — гектограф, тушь и листовки с призывом к вооруженному восстанию.

После того как протокол был составлен и подписан, мы все покинули квартиру. До полицейского участка было недалеко — шагов сто. Но мне повезло: у самого дома нам встретился мой двоюродный брат Эдуард. Я уже говорил, что он участвовал в работе комитета, помогая мне печатать прокламации. Иван Рахья, хотя и жил у меня в квартире, не был в курсе наших дел. Мы считали его недостаточно уравновешенным для нелегальной работы. Увидев Эдуарда, я протянул ему ключ и сказал: «Позаботься о квартире, будь хозяином, пока я не вернусь».

Он меня понял. Как я узнал впоследствии, Эдуард в тот же день извлек и уничтожил все, что было спрятано в тайнике.

После обыска меня поместили в отдельную камеру. Часа в три в камеру зашел по какому-то делу полицейский. Я спросил, не может ли он достать для меня «Тюэмиес» (эта социал-демократическая.

Comments closed.