09. июля 2013 · Комментарии к записи С конца XII в. отключены · Categories: Исторические события

Показательно, что, когда дела о побегах попадали в королевские суды, они чаще всего превращались в тяжбы о юридическом статусе беглеца. Из этого можно заключить, что разнообразные конкретные поводы крестьянских побегов сводились к одной самой главной причине — к стремлению получить личную свободу. Ведь личная свобода в XIII—XIV вв., как и ранее, оставалась одним из главных средств достижения как в большей или меньшей степени экономического благополучия, так и определенного социального престижа, если говорить о более зажиточных крестьянах.

С конца XII в., однако, те причины, которые раньше вызывали у вилланов лишь стремление к побегам, стали все чаще провоцировать иные формы внутриманориального протеста — попытки добиться улучшения своего положения или устранить угрозу его ухудшения на месте, не уходя из манора.

Наиболее примитивной формой таких внутриманориальных конфликтов было сопротивление выполнению барщины или нерадивое ее исполнение. Подневольный труд на господской земле всегда сопровождался подобными эксцессами. Но с начала XIII в. они, видимо, участились в связи с попытками феодалов в той или иной форме повысить размеры барщины и особенно рекоммутировать ренту. Уолтер Хенли в сельскохозяйственном трактате середины XIII в. писал, что вилланы («обычники») работают нерадиво, за ними постоянно надо следить, а если они работают плохо, то взыскивать с них.

Необходимость помешать нерадивой работе вилланов на барщине косвенно отразилась в строгом нормировании всех отработочных повинностей, которое характерно для большинства манориальных описей XIII в., в требовании в случае болезни виллана представления свидетельства сельского капеллана. В инструкциях управляющим постоянно встречаются упоминания о том, что вилланы на барщине чрезмерно изнуряют рабочий скот лорда, воруют отпускаемое на ремонт инструментов железо, подчеркивается, что барщинники должны вовремя приходить на работу и уходить не раньше установленного времени, предписывается постоянно следить, чтобы никто не уклонялся «от несения оброков и барщины, путем ли открытого отказа или тайного уклонения»47. Все эти заботы о соблюдении манориальной «трудовой дисциплины» были вполне обоснованными. Об этом свидетельствуют многочисленные факты подобных нарушений, зафиксированные.

Comments closed.