10. августа 2013 · Комментарии к записи со сторонниками Лукариса отключены · Categories: Исторические события

В ней наряду со сторонниками Лукариса и его консервативными противниками приняла активное участие и часть греческого клира, видевшая решение проблем, с которыми столкнулась православная церковь в Османской империи, в религиозной унии с Римом.

По-видимому, к 1632 г. какие-то сведения о «неправоверии» Лукариса (возможно, от послов А. П. Совина и М. Алфимова, «вестовой список» которых не сохранился) дошли до Москвы. В связи с этим Филарет затребовал объяснений от Ф. Кантакузина, зимой 1632/33 г. прибывшего в Москву. Текст разъяснений сохранился с рядом пропусков, но основная тенденция совершенно ясна. Не сказав ничего об «Исповедании», Ф. Кантакузин привел лишь следующие обвипеиия в адрес Лукариса: он разрешил голландскому послу присутствовать на православном богослужении и сообщил английскому королю Карлу I, что в православной церкви причащаются и хлебом, и вином.

Как видим, из числа обвинений по адресу Лукариса отмечены лишь два совершенно второстепенных. Важно, что и эти два обвинения посол недвусмысленно охарактеризовал, как «лукавую мысль» митрополитов — противников- патриарха. По его словам, «лукавая мысль» смогла превратиться в «лукавую ссору» — выступление «черных людей» против Лукариса только потому, что «бояр, де, греческих и честных людей в те поры не было пиково». Стоит отметить, что Фома при этом подчеркивал свою роль в благоприятном для патриарха исходе событий: он, Фома, вместе с патриархом объяснял великому везиру ложность обвинений.

Текст, отражающий реакцию Филарета, сохранился полностью. Выслушав посла, патриарх заметил, что Кирилл Лукарис—«человек духовной, смирной и доброй, и такова у них топерва нет, а то знатно, что на нево ту ложь митрополиты греческие взвели не делом». Поведение в этом эпизоде такого, пользовавшегося доверием у Лукариса и Филарета лица, как Кантакузин, думается, ясно показывает, что никаких переговоров о реформе церкви между русскими и греческими иерархами не было, и напротив, в патриархии опасались, что обвинения Лукариса в кальвинизме могут сильно повредить ему в Москве и стремились всячески умалить их серьезность.

Comments closed.